Неточные совпадения
— Да мне хочется, чтобы у тебя
были собаки. Послушай, если уж не
хочешь собак, так купи у меня шарманку, чудная шарманка; самому, как
честный человек, обошлась в полторы тысячи: тебе отдаю за девятьсот рублей.
Это
была женщина
честная, весьма неглупая (
хотя и совершенно необразованная).
— А вы, хлопцы! — продолжал он, оборотившись к своим, — кто из вас
хочет умирать своею смертью — не по запечьям и бабьим лежанкам, не пьяными под забором у шинка, подобно всякой падали, а
честной, козацкой смертью — всем на одной постеле, как жених с невестою? Или, может
быть,
хотите воротиться домой, да оборотиться в недоверков, да возить на своих спинах польских ксендзов?
По одну сторону меня сел сын хозяйский, а по другую посадил Карп Дементьич свою молодую невестку… Прервем речь, читатель. Дай мне карандаш и листочек бумашки. Я тебе во удовольствие нарисую всю
честную компанию и тем тебя причастным сделаю свадебной пирушки,
хотя бы ты на Алеутских островах бобров ловил. Если точных не спишу портретов, то доволен
буду их силуэтами. Лаватер и по них учит узнавать, кто умен и кто глуп.
«Я неизбежно сделала несчастие этого человека, — думала она, — но я не
хочу пользоваться этим несчастием; я тоже страдаю и
буду страдать: я лишаюсь того, чем я более всего дорожила, — я лишаюсь
честного имени и сына.
— Да, это всё может
быть верно и остроумно… Лежать, Крак! — крикнул Степан Аркадьич на чесавшуюся и ворочавшую всё сено собаку, очевидно уверенный в справедливости своей темы и потому спокойно и неторопливо. — Но ты не определил черты между
честным и бесчестным трудом. То, что я получаю жалованья больше, чем мой столоначальник,
хотя он лучше меня знает дело, — это бесчестно?
Он чувствовал, что это независимое положение человека, который всё бы мог, но ничего не
хочет, уже начинает сглаживаться, что многие начинают думать, что он ничего бы и не мог, кроме того, как
быть честным и добрым малым.
Степан Аркадьич покраснел при упоминании о Болгаринове, потому что он в этот же день утром
был у Еврея Болгаринова, и визит этот оставил в нем неприятное воспоминание. Степан Аркадьич твердо знал, что дело, которому он
хотел служить,
было новое, живое и
честное дело; но нынче утром, когда Болгаринов, очевидно, нарочно заставил его два часа дожидаться с другими просителями в приемной, ему вдруг стало неловко.
Дико́й. Отчет, что ли, я стану тебе давать! Я и поважней тебя никому отчета не даю.
Хочу так думать о тебе, так и думаю. Для других ты
честный человек, а я думаю, что ты разбойник, вот и все. Хотелось тебе это слышать от меня? Так вот слушай! Говорю, что разбойник, и конец! Что ж ты, судиться, что ли, со мной
будешь? Так ты знай, что ты червяк.
Захочу — помилую,
захочу — раздавлю.
Шинкарка никаким образом не решалась ему верить в долг; он
хотел было дожидаться, авось-либо придет какой-нибудь набожный дворянин и попотчует его; но, как нарочно, все дворяне оставались дома и, как
честные христиане,
ели кутью посреди своих домашних.
Говорили, впрочем, что
хотя Грушенька и действительно
была взята своим стариком из нищеты, но что семейства
была честного и происходила как-то из духовного звания,
была дочь какого-то заштатного дьякона или что-то в этом роде.
— Признаю себя виновным в пьянстве и разврате, — воскликнул он каким-то опять-таки неожиданным, почти исступленным голосом, — в лени и в дебоширстве.
Хотел стать навеки
честным человеком именно в ту секунду, когда подсекла судьба! Но в смерти старика, врага моего и отца, — не виновен! Но в ограблении его — нет, нет, не виновен, да и не могу
быть виновным: Дмитрий Карамазов подлец, но не вор!
Прибавьте, что он
был юноша отчасти уже нашего последнего времени, то
есть честный по природе своей, требующий правды, ищущий ее и верующий в нее, а уверовав, требующий немедленного участия в ней всею силой души своей, требующий скорого подвига, с непременным желанием
хотя бы всем пожертвовать для этого подвига, даже жизнью.
— Я знаю, ты хоть и зверь, а ты благородный, — тяжело выговорила Грушенька, — надо, чтоб это честно… впредь
будет честно… и чтоб и мы
были честные, чтоб и мы
были добрые, не звери, а добрые… Увези меня, увези далеко, слышишь… Я здесь не
хочу, а чтобы далеко, далеко…
На вопрос прокурора: где же бы он взял остальные две тысячи триста, чтоб отдать завтра пану, коли сам утверждает, что у него
было всего только полторы тысячи, а между тем заверял пана своим
честным словом, Митя твердо ответил, что
хотел предложить «полячишке» назавтра не деньги, а формальный акт на права свои по имению Чермашне, те самые права, которые предлагал Самсонову и Хохлаковой.
«Веруй в Бога, знай, что дважды два четыре, и
будь честный человек, говорит где-то Вольтер, — писал он, — а я скажу — люби женщина кого
хочешь, люби по-земному, но не по-кошачьи только и не по расчету, и не обманывай любовью!
По странной случайности, старый майор внутренней стражи
был честный, простой человек; он добродушно сказал, что всему виною чиновник, присланный из Петербурга. На него все опрокинулись, его голос подавили, заглушили, его запугали и даже застыдили тем, что он
хочет «погубить невинного человека».
— Даю тебе
честное слово. Ей-богу, я самый посторонний человек. Просто приехал сюда погостить на несколько месяцев, а там и уеду. Если
хочешь, я даже никому не скажу, что
был здесь и видел вас. Ты мне веришь?
Слушайте, вы! — повернулась она вдруг к матери, которая вся побледнела, — я не
хочу вас оскорблять, вы имеете
честный вид и, может
быть, это даже ваша дочь.
— Нет, не потому только, что дано
честное слово в письме, а потому, что я
хочу и
буду думать о вас всю ночь…
Будь он самый
честный человек, и тогда его милостыни не
хочу!
И поехал Максим Иванович того же дня ко вдове, в дом не вошел, а вызвал к воротам, сам на дрожках сидит: «Вот что, говорит,
честная вдова,
хочу я твоему сыну чтобы истинным благодетелем
быть и беспредельные милости ему оказать: беру его отселе к себе, в самый мой дом.
— Пожалуйста, без театральных жестов — сделайте одолжение. Я знаю, что то, что я делаю, — подло, что я — мот, игрок, может
быть, вор… да, вор, потому что я проигрываю деньги семейства, но я вовсе не
хочу надо мной судей. Не
хочу и не допускаю. Я — сам себе суд. И к чему двусмысленности? Если он мне
хотел высказать, то и говори прямо, а не пророчь сумбур туманный. Но, чтоб сказать это мне, надо право иметь, надо самому
быть честным…
— Оставим мое
честное лицо, — продолжал я рвать, — я знаю, что вы часто видите насквозь,
хотя в других случаях не дальше куриного носа, — и удивлялся вашей способности проницать. Ну да, у меня
есть «своя идея». То, что вы так выразились, конечно случайность, но я не боюсь признаться: у меня
есть «идея». Не боюсь и не стыжусь.
Мстить я не
хотел никому, и даю в том
честное слово, —
хотя был всеми обижен.
Если б вы даже
были и с
честными намерениями, то я не
хочу вашей милостыни.
Что мог я извлечь и из этого? Тут
было только беспокойство обо мне, об моей материальной участи; сказывался отец с своими прозаическими,
хотя и добрыми, чувствами; но того ли мне надо
было ввиду идей, за которые каждый
честный отец должен бы послать сына своего хоть на смерть, как древний Гораций своих сыновей за идею Рима?
Отец с матерью старались растолковать мне, что совершенно добрых людей мало на свете, что парашинские старики, которых отец мой знает давно, люди
честные и правдивые, сказали ему, что Мироныч начальник умный и распорядительный, заботливый о господском и о крестьянском деле; они говорили, что, конечно, он потакает и потворствует своей родне и богатым мужикам, которые находятся в милости у главного управителя, Михайлы Максимыча, но что как же
быть? свой своему поневоле друг, и что нельзя не уважить Михайле Максимычу; что Мироныч
хотя гуляет, но на работах всегда бывает в трезвом виде и не дерется без толку; что он не поживился ни одной копейкой, ни господской, ни крестьянской, а наживает большие деньги от дегтя и кожевенных заводов, потому что он в части у хозяев, то
есть у богатых парашинских мужиков, промышляющих в башкирских лесах сидкою дегтя и покупкою у башкирцев кож разного мелкого и крупного скота; что
хотя хозяевам маленько и обидно, ну, да они богаты и получают большие барыши.
Опять вино
хотел было дорогое покупать, в рубль и больше, да купец
честный человек попался: берите, говорит, кругом по шести гривен за бутылку, а ерлыки наклеим, какие прикажете!
Об ущербе же его императорского величества интереса, вреде и убытке, как скоро о том уведаю, не токмо благовременно объявлять, но и всякими мерами отвращать и не допущать потщуся и всякую вверенную тайность крепко хранить
буду, а предпоставленным над мною начальникам во всем, что к пользе и службе государства касаться
будет, надлежащим образом чинить послушание и все по совести своей исправлять и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды против службы и присяги не поступать; от команды и знамени, где принадлежу,
хотя в поле, обозе или гарнизоне, никогда не отлучаться, но за оным, пока жив, следовать
буду и во всем так себя вести и поступать, как
честному, верному, послушному, храброму и расторопному офицеру (солдату) надлежит.
— То-то хорошо. Скажи на ушко Ольге Сергеевне, — прибавила, смеясь, игуменья, — что если Лизу
будут обижать дома, то я ее к себе в монастырь возьму. Не смейся, не смейся, а скажи. Я без шуток говорю: если увижу, что вы не
хотите дать ей жить сообразно ее натуре,
честное слово даю, что к себе увезу.
Образ женщины не смущал моего воображения,
хотя я
был не прочь в будущем обзавестись семьей, освященной браком, найти себе подругу жизни по сердцу и прожить предназначенные мне Господом годы с доброй женой и
честной, умной матерью моих детей.
Когда вам угодно
было в первый раз убежать от меня, я объяснил себе ваш поступок, что вы его сделали по молодости, по увлечению, и когда вы написали мне потом, что желаете ко мне возвратиться, я вам позволил это с таким лишь условием, что если вы другой раз мне измените, то я вам не прощу того и не
захочу более своим
честным именем прикрывать ваши постыдные поступки, ибо это уж не безрассудное увлечение, а простой разврат.
— Скажите ему, что у меня такое желание и что я больше ждать не могу, но что я его сейчас не обманывала. Он, может
быть, ушел потому, что он очень
честный и ему не понравилось, что я как будто обманывала. Я не обманывала; я в самом деле
хочу издавать и основать типографию…
— Ползай на коленях и проси прощенья не у меня, а у этого
честного человека, которого ты безвинно заставил вынести позор ареста и содержания в тюрьме… Которого ты лишил свободы и
хотел лишить чести. Вымаливай прощенья у него… Если он простит тебя, то я ограничусь изгнанием твоим из моего дома и не
буду возбуждать дела, если же нет, то и ты попробуешь тюрьмы, в которую с таким легким сердцем бросил преданного мне и тебе человека…
— Да! — воскликнул он вслух, — во всю мою долгую практику я первый раз вижу безусловно
честного человека в арестантском халате, под тяжестью позорного обвинения… Я ему даже не могу помочь… Он сам не
хочет помочь себе… Все улики против него, а участившиеся за последнее время растраты кассирами не дают мне права даже на освобождение его от суда… Только чудо может спасти его…
Будем же ждать этого чуда.
— Совесть и общественные приличия — две вещи разные, — возразил Калинович, — любовь — очень
честная и благородная страсть; но если я всюду
буду делать страстные глаза… как
хотите, это смешно и гадко…
Наступила страстная неделя. Осажденные питались одною глиною уже пятнадцатый день. Никто не
хотел умереть голодною смертью. Решились все до одного (кроме совершенно изнеможенных) идти на последнюю вылазку. Не надеялись победить (бунтовщики так укрепились, что уже ни с какой стороны к ним из крепости приступу не
было),
хотели только умереть
честною смертию воинов.
— Нет, батюшка, извините меня, старика, а скажу я вам по-солдатски! — решительным тоном завершил Петр Петрович. — Дело это я почитаю, ровно царскую службу мою, святым делом, и взялся я за него, на старости лет, с молитвой да с Божьим благословением, так уж дьявола-то тешить этим делом мне не приходится. Я, сударь мой,
хочу обучать ребят, чтоб они
были добрыми христианами да
честными русскими людьми. Мне за них отчет Богу давать придется; так уж не смущайте вы нашего дела!
— Кто? А, например, хоть этот Лука Благоприобретов. Признаться сказать, если что и заставило меня поближе подойти к ним, там именно эта оригинальная личность, с ее фанатической верой, с ее упорным трудом. Ведь это же человек
честный, а он
был для меня совсем новым, невиданным явлением жизни. Вот, если
хотите, мое оправдание.
Лука Благоприобретов
хотя и
был человек узкий, односторонний, но в высшей степени своеобразно
честный.
Майор снова начинал тревожиться и сердиться. «Ведь эдакая, право, скверная, упрямая девчонка! Характер-то какой настойчивый!.. Это
хочет, чтобы я покорился, чтобы я первым прощения просил да по ее бы сделал… Ну, уж нет-с, извините! Этого не
будет! Этого нельзя-с!.. Да-с, этого нельзя-с!.. Из-за пустой поблажки да
честных, хороших людей обижать, это называется бабством! А я не баба, и бабой не
буду!.. Да-с, не
буду бабой я! вот что!»
— Мне это очень, говорю, обидно
было… Они притом же про меня даже печатать
хотели… Мою гражданскую и литературную репутацию замарать, чтобы никуда моих статей не принимали, а я человек бедный… я только моим
честным трудом живу… Мне и
есть после этого нечего
было бы!
Я уважаю тебя, ты хорошая, добрая,
честная женщина; я нередко сама
хочу тебя видеть, но когда мы свидимся… в меня просто вселяется дьявол, и… прости меня, сделай милость, я не
хотела бы сказать тебе то, что сейчас должно
быть скажу: я ненавижу тебя за все и особенно за твою заботу обо мне.
Я убедилась, что
хотя вы держитесь принципов неодобрительных и патриот, и низкопоклонничаете пред московскими ретроградами, но в действительности вы человек и, как я убедилась, даже
честнее многих абсолютно
честных, у которых одно на словах, а другое на деле, потому я с вами
хочу быть откровенна.
Солидный и
честный отец мой
был очень взволнован, он не запрещал мне и теперь выйти за Висленева, но он не скрывал, что не
хотел бы этого.
— Зачем воровка, она до сих пор
честная женщина: отец ее
был взяточник и, награбивши сто тысяч,
хотел все отдать сыну, а Алине назначил в приданое пять тысяч.
— За то, что он плут. Ты знаешь, что я его уважал, я ему верил, как другу… Я и даже ты — все вообще считали его человеком
честным, порядочным, неспособным на обман. А между тем он меня обкрадывал, грабил! Пользуясь своим положением управляющего, он распоряжался моим добром, как
хотел. Не брал только то, чего нельзя
было сдвинуть с места.
Негр покачал головой. «Вот ведь какой
честный народ», — подумал Матвей и опять
хотел взгромоздиться на стул, но в это время какой-то господин сел раньше его, а прибежавший мальчишка принес негру кружку пива. Негр стал
пить пиво, а мальчишка принялся ваксить сапоги новоприбывшего американца. Волосы у Матвея стали подыматься под шапкой.
Кстати, надобно сказать тебе, что на днях я об тебе говорил с Шамардиным, который с тобой
был у Малиновского в Каменке; он теперь служит в Омске и
был в Ялуторовске по делам службы. От него я почерпаю сведения о флоте,
хотя этот источник не совсем удовлетворителен. Он человек
честный, но довольно пустой.